Архив месяца: августа 2016

Наше счастье ни от кого не зависит

  Автор:
  144

  

Одни говорят, что астрология наука, другие это полностью отрицают. Спорить по этому поводу бессмысленно, потому что правы и те, и другие.

Наука – это не то, что нас учит, а то, что учится и переучивается сама. Было бы ужасно скучно, если бы наука действительно была способна всё знать.

Если пользоваться известным критерием Поппера, главного теоретика науки, то именно та теория является научной, которую можно опровергнуть. Если её опровергнуть нельзя – теория ненаучна.

   

Астрологию опровергнуть нельзя, потому и споры о её статусе бесперспективны.

А уж верить кому-то в неё или не верить – исключительно дело выбора. О чём бы спорили учёные и неучёные, если бы знали последние ответы?

Но искусство – совсем другое дело!

Искусство говорит от том, что знает, и знает доподлинно, даже, если кто-то ему и не верит.

Вот пример:

Автор этого сонета убеждён, что не звёзды могут рассказать ему о любимом человеке, а его глаза, в которых он надеется увидеть его будущее преображение:

As truth and beauty shall together thrive
If from thy self to store thou wouldst convert:

И звёзды тут совершенно ни при чём.

Преображение! Что это значит? Какое преображение?
Из кого в кого человек может преобразиться?

Астрология на эти вопросы ответа не даёт. Она пытается подсказать, где соломку подстелить.

Астрология нам советует – как выживать, а искусство – как жить, и жить прекрасно.

Сонет 14
by William Shakespeare

Not from the stars do I my judgment pluck,
And yet methinks I have astronomy,
But not to tell of good or evil luck,
Of plagues, of dearths, or seasons' quality;

Nor can I fortune to brief minutes tell,
Pointing to each his thunder, rain and wind,
Or say with princes if it shall go well
By oft predict that I in heaven find:

But from thine eyes my knowledge I derive,
And, constant stars*, in them I read such art
As truth and beauty shall together thrive
If from thy self to store thou wouldst convert:

Or else of thee this I prognosticate,
Thy end is truth's and beauty's doom and date.

    *    *    *

К чему я это?

Если искусство говорит о том, что ему доподлинно известно, причём известно уже очень давно, почему бы нам не отнестись к нему повнимательней?

У наших читателей особый статус. Многие уже понимают, что наше счастье ни от кого не зависит, ни от звёзд, ни от депутатов.

Через неделю мы выпускаем новый МАСТЕР-КЛАСС, который называется:
       "An Apple a day…"

А пока я предлагаю нашим читателям прочесть сонет 14 самостоятельно. Пора разогреться и приготовиться к новым открытиям.

А я прощаюсь с вами до следующей встречи.

 


 

Главный магический секрет

  Автор:
  181

Мы не раз обращались к понятию гипертекст, как к чему-то новому и малоизученному.

И человек тоже малоизучен, но дело можно сдвинуть с мёртвой точки, если вдруг увидеть, что человек и сам гипертекст, один в большей степени, другой в меньшей.

  

Великие поэты и художники всегда обладали неисчерпаемыми возможностями памяти и ассоциаций, которыми не может обладать ни один суперкомпьютер.

Но эти ассоциации не случайны и не произвольны, они организуются в совершенную художественную систему, и остаются в вечности, но только при одном условии.

Это условие гениально сформулировал великий шутник Сальвадор Дали.

  

При этом он добавлял: "Я со всей ответственностью заявляю: я никогда не шутил, не шучу, и шутить не собираюсь".

  

"По-моему, это единственная в мире картина, в которой есть неподвижное присутствие, долгожданная встреча двух существ на фоне пустынного, мрачного и мёртвого пейзажа".

                                                    Сальвадор Дали

                  *   *   *   *   *   *   *   *   *   *   *   *   *   *

Из книги Сальвадора Дали "Пятьдесят магических секретов мастерства":

"Гала – та, что озаряет жизнь каждого художника и которая является нашей реальностью, – всегда рядом, без неё вся природная магия, о которой рассказано в этой книге, сделала бы нас достойными самой суровой кары инквизиции.

  

Настала пора раскрыть вам мой пятидесятый секрет, что я обещал сделать в самом начале этой книги, в ясном и коротком прологе.

Пятидесятый секрет состоит в следующем: после того как вы научились правильно рисовать карандашом и правильно писать красками; собственными глазами убедились, что некоторые из окружающих нас растений и животных тяготеют друг у другу, а другие испытывают антипатию; мастерски освоили технику акварели и можете передать тончайшие переливы красок на тельце муравья;……… проникли в скрытие достоинства и тайны красок и поняли, как они взаимодействуют друг с другом; освоили различные приёмы работы с кистью; овладели тайнами перспективы и рисунка не хуже мастеров Возрождения; научились писать картину, употребляя никому не известный состав, а также обращаться с золотым сечением и математическими расчётами с такой же непринуждённостью, с какой вы думаете; обзавелись самой полной коллекцией неподражаемых изогнутых линий, следуя методу Дали, и узнали многое и многое другое, я должен вам сказать – от всего этого не будет никакого толка! Ибо последний и главный магический секрет этой книги состоит в том, что, когда вы садитесь перед мольбертом писать картину, совершенно необходимо, чтобы рукой вашей водил ангел."

   
       "Улитка и ангел"   Сальвадор Дали

Представим себе, что кто-нибудь станет объяснять нам, что означает костыль в руках ангела.

Тут самое время вспомнить знаменитый афоризм Уинстона Черчилля:
    "I always ready to learn
      although
I do not always like being taught".

(Я всегда готов учиться, но не всегда люблю, когда меня учат).

Ангел у Дали не опирается на костыль, он им потрясает, как копьём.

Невольно в голову приходит копьё, которым потрясал Шекспир.

Ангел водил рукой Шекспира, когда он писал свои сонеты. Напрасный труд – их трактовать или переводить.

Даже гений не позволил бы себе этого. Но гении и не позволяют. Гении читают, оставаясь наедине с Шекспиром.

   

Но и в этом случае нужно, чтобы рядом сидел ангел с костылём.

Не знаю, смогу ли я заменить этого ангела нашим читателям, но постараюсь.

В первой декаде сентября выходит новый мастер-класс "Читаем Шекспира вместе".

   

А пока я прощаюсь с вами до следующей встречи.


 

Errare humanum est

  Автор:
  163

 "Читателя! Советчика! Врача!"
О. Мандельштам

   

Удивительная это вещь – поэтическая речь.

И если краткость – душа ума, то ум этот обнаруживают более всего поэты.

Вот, к примеру, строчки из раннего О Мандельштама. Он родился в 1891 году, а стихотворение написано в 1908. Мандельштаму 17 лет.

  В непринужденности творящего обмена
  Суровость Тютчева — с ребячеством Верлэна —
  Скажите — кто бы мог искусно сочетать,
  Соединению придав свою печать?
  А русскому стиху так свойственно величье,
  Где вешний поцелуй и щебетанье птичье!
                                                               1908

Никто не может накинуть платок на чужой роток и остановить поток писанины о том, что это такое – поэт Мандельштам. "Правило Трёх Д" остаётся в силе навсегда.

………………………………………………..

   И разлетаются грачи в горячке —

    А я за ними ахаю, крича
    В какой-то мерзлый деревянный короб:
    – Читателя! советчика! врача!
    На лестнице колючей разговора б!

                                              1 февраля 1937
                                              "Куда мне деться в этом январе?"
                                               (Написано за год до смерти)

Чтение стихов – труд особый.

"Непринуждённость творящего обмена" – это не просто слова. Это океан образов, гениальных мыслей, живущих внутри поэта и требующих воплощения.

Читатель – существо бескорыстное, в отличие от критиков.

Он никуда не спешит, ни за что не борется, никому ничего не доказывает, не ставит себя выше поэта, не забывает правило "Трёх Д", и потому жив-здоров, и нам того же желает.

Стихотворение Мандельштама "Зверинец".

Написано в январе 1915 года во время Первой мировой войны (1914-1918).

Поэту 24 года.

Давайте проверим, захватит ли нас непринуждённость творящего обмена, как будто мы и есть те самые читатели, о которых мечтал уже предчувствовавший свою смерть Мандельштам.

Можно согласиться с тем, что лучше, когда читатель читает стихи сам – в удобном ему темпе, и слышит каждое слово, и может остановиться, и подумать, и прочесть ещё раз.

И это нормально, что гениальные стихи вообще читают и перечитывают немногие, иначе эти стихи превратились бы в свою противоположность и достались в пищу критикам.

А так критики бы и рады сказать своё "веское слово", да редкие читатели не позволят. Им, читателям, терять нечего.

   ЗВЕРИНЕЦ

   Отверженное слово "мир"
   В начале оскорбленной эры;
   Светильник в глубине пещеры
   И воздух горных стран — эфир;
   Эфир, которым не сумели,
   Не захотели мы дышать.
   Козлиным голосом опять,
   Поют косматые свирели.

   Пока ягнята и волы
   На тучных пастбищах водились
   И дружелюбные садились
   На плечи сонных скал орлы, —
   Германец выкормил орла,
   И лев британцу покорился,
   И галльский гребень появился
   Из петушиного хохла.

   А ныне завладел дикарь
   Священной палицей Геракла,
   И черная земля иссякла,
   Неблагодарная, как встарь.
   Я палочку возьму сухую,
   Огонь добуду из нее,
   Пускай уходит в ночь глухую
   Мной всполошенное зверье!

   Петух и лев, широкохмурый
   Орел и ласковый медведь —
   Мы для войны построим клеть,
   Звериные пригреем шкуры.
   А я пою вино времен —
   Источник речи италийской —
   И в колыбели праарийской
   Славянский и германский лен!

   Италия, тебе не лень
   Тревожить Рима колесницы,
   С кудахтаньем домашней птицы
   Перелетев через плетень?
   И ты, соседка*, не взыщи:
   Орел топорщится и злится.
   Что, если для твоей пращи
   Тяжелый камень не годится?

   В зверинце заперев зверей,
   Мы успокоимся надолго,
   И станет полноводней Волга,
   И рейнская струя светлей,—
   И умудренный человек
   Почтит невольно чужестранца,
   Как полубога, буйством танца
   На берегах великих рек.

                               Январь 1915

     *соседка – Германия (прим. моё И.А.)

Это стихотворение замечательно перекликается с уже известным нам стихотворением Мандельштама "Ламарк".

Тоже искусное соединение вешнего поцелуя и птичьего щебетания.

Когда говорят о редком художнике, что он ещё до конца не оценён, как говорят, к примеру, о Шекспире, то ошибаются.

Ошибается и тот, кто пытается его оценить, и тот, кто думает, что знает ему цену.

И по этому поводу – как всегда коротко и точно – ещё древние говорили:

   Errare humanum est.
    (Люди ошибаются)

Художник создаёт свои творения не для того, чтобы кто-то их оценил. Он не торговец.

Но, если найдётся у него хотя бы один верный читатель, он удваивает свои таланты, чтобы вернуть Хозяину долг.

Пушки рано или поздно замолчат, а голоса поэтов никогда.

На этом я прощаюсь с вами до следующей встречи.