Архив: 27.08.2019

Не знаешь, где найдёшь…

  Автор:
  209

    

Однажды кто-то мне сказал, что в Америке мы были бы миллионерами за ту громадную работу, которую мы проделали с Шекспиром.

Это правда, потому что в Америке государство поддерживает и поощряет такого рода проекты, даже, если читатели не в восторге от Шекспира, как и у нас.

Он для большинства читателей слишком сложен и непонятен. Есть только энтузиасты инкогнито, на которых земля держится, которые понимают и Шекспира и древний миф о Фениксе и Черепахе, о которых написана самая загадочная поэма Великого Барда.

А у нас государства нет. Оно рухнуло, как Вавилонская башня. И будет ли государство, неизвестно. Кто же будет поддерживать образовательные проекты?

Всё сейчас держится только на энтузиазме единиц. Но энтузиазм заразителен. И мы верим, что всё устроится к лучшему просто в силу вещей.

Баланс сил должен быть соблюдён.

Против зла и невежества стоит великое воинство, о котором мало, кто знает. Кто будет вдумываться, кто это там на нашем российском гербе?

Георгий Победоносец? А это кто? – спрашивают.

Сегодня ночью я вскочила и помчалась искать, не удивляйтесь, пушкинского "Евгения Онегина", (слава Богу, я помнила, где он стоит в нашей библиотеке) потому что меня осенило, что и Пушкин был посвящен во все духовные тайны. Знал и о небесном воинстве, и о таинстве брака.

Он сам мечтал о нём, но ошибся.

Но не мог оставить свою мечту, и тогда появился замысел Онегина:

    "И даль свободного романа
     Я сквозь магический кристалл
     Ещё не ясно различал".

                   "Евгений Онегин", гл.8

Всю оставшуюся часть ночи я читала "Онегина".

Ясно, что и Пушкин стал бы таким же великим мастером инкогнито, каким был Шекспир, если бы не эта нелепая дуэль и не менее нелепая смерть.

У него была другая судьба. И за свою ошибку он расплатился сполна.

    

Но с Пушкиным к нам пришёл настоящий русский язык, тот самый великий и могучий русский язык, который не мог не быть дан великому народу.

Есть люди в наше время, которые Пушкина не читали вообще. Ладно бы "Евгения Онегина", его и в школе никто не читал. Особенно, после того, как учительница всем объяснила, что это "энциклопедия русской жизни".

История Татьяны и Онегина – это вовсе не про то, чем заканчивается опера Чайковского "Евгений Онегин".

Их история про любовь, для которой ещё не найдены слова.

Эта та любовь, о которой написаны сонеты Шекспира, и которую так оболгали наши "специалисты".

Но разве виноваты эти "специалисты", которые ставят "Гамлета" на сцене, что они ничего не поняли?

Нет, не виноваты, что их плотские умы не способны понимать духовное. И тогда получается такой истеричный Гамлет, как у Высоцкого.

И опять я повторяю нашу русскую поговорку: "Не в свои сани не садись".

Но опять появится новая трактовка "Гамлета", и опять театры будут ломится от тех, кто надеется, что всё-таки им откроется тайна Датского принца.

А что, если сесть и изучить подлинник Шекспира?

Нет, это слишком сложно, да и некогда.

Но люди инкогнито знают правду, они и расскажут о ней.

Можно ли считать существующее положение дел катастрофическим? Когда ещё Шекспир говорил о массовой деградации человечества.

Нет, конечно. Это он говорил ещё до своих сонетов, о которых великолепно написал William Wordsworth спустя два века после Шекспира.

И о Пушкине скажут правду. Скажут, обязательно скажут наши молодые люди, которые так же, как и мы, будут нищими, но не потому, что жизнь несправедлива, а именно потому, справедлива.

Каждому – своё. Правда, рано или поздно выйдет на свет. И нет ничего тайного, что не стало бы явным.

                                         The rest is silence.

Эта финальная фраза Гамлета вовсе не о той смерти, к которой так равнодушно относятся люди в театре.

Это Шекспир нам говорит:

                                         Бодрствуйте!

Не просто же так он потрясает копьём.

А я прощаюсь с вами, дорогие наши читатели, до следующей встречи.