Молчание – золото

  Автор:
  33

    

По сути, тот, кто говорит о молчании, и должен молчать. Это наша русская поговорка.

Но молчать – это не значит в рот воды набрать. Сумел же Шекспир, написав очень много трагедий и комедий, хранить молчание и остаться тайной для мира внешнего.

И тайну эту не схватишь за хвост. То, что было правдой вчера, станет ложью сегодня. А то, что стало правдой сегодня, будет ложью завтра. И они постоянно меняются местами, становясь то с ног на голову, то с головы на ноги.

Представляете, как радуется поганый змей, что ему удалось поставить мир в тупик.

Если ты сегодня говоришь то же, что и вчера, и завтра то же самое будешь говорить, ты уже умер.

От этой смерти нужно спасаться, чтобы очнуться прежде собственных похорон.

    

У каждого своя правда. Своя маленькая, эгоистичная, себялюбивая правда.

Но есть Большая, Главная, однако больной её знать не хочет. Дайте мне то, что я хочу. Я не хочу страдать.

Обо всём в мире давно сказано и давно известно, но больному от этого не легче. Дайте таблетки от боли.

Ему дают от желудка, от головы, от печени, от почек, от сердца, и от чего угодно, что попросит, то и дадут. А у него болит душа.

Это самая невыносимая боль из всех. Однако, если болит, значит, живой. Он всё ещё человек.

Сколько людей лишают себя жизни добровольно только потому, что не могут справиться с душевной болью. Душевные болезни тоже лечат таблетками, но чаще всего пациент лечит себя сам, все знают чем.

Медицина бессильна! Давно сказано “исцеляющий да исцелися сам”.

Люди гибнут в огромных количествах. Не советовать же им читать Шекспира в подлиннике.

Поэты изливают свои страдания в стихах, и пока они изливают, боль утихает.

Иосиф Бродский назвал Роберта Фроста устрашающим поэтом, который пишет, как ужасна жизнь и как он страдает, при том, что он был богат и заласкан властями.

На двух стульях не усидишь. Как тут не будет страдать душа поэта.

Его защита только лишь слова.

    

Опять слова, слова, слова.

А Шекспир, потрясающий копьём, бьёт Словом прямо в цель. И если у человека есть уши, он слышит и исцеляется.

Мир становится слишком шумным, но никто не мешает человеку не включать телевизор, не видеть окончательно свихнувшийся мир.

Обеспечить себе уединение в паре с Великим Бардом, и наслаждаться его обществом. Мир устроен правильно.

“Кто никуда не плывёт, тому и нет попутного ветра”.

А наше всё Пушкин спрашивает “Куда ж нам плыть?”

Что было, то и будет. По-прежнему будут люди ходить вокруг парадоксов с одной стороны – с другой стороны, будучи не в силах сдвинуться с места.

Однако были и есть спасённые и исцелённые, ни вправо не уйдут, ни влево, идут по острию, прокладывая нам спасенья колею.

И это хорошо!

Оставайтесь с нами. А мы продолжаем читать Шекспира. В компании с нами веселей, не так ли?

Во вторник будем читать сонет 63.

До встречи!

P.S.

     Верь – многие спаслись, но все молчат,
     Молчанье – золото, так люди говорят.
 


 

С кем пуд соли съесть?

  Автор:
  29

    

Есть такая народная поговорка:
     “Кто рано встаёт, тому Бог подаёт”.

Мне наша дворничиха и говорит, мы, мол, встаём в четыре утра, и что-то он нам ничего не подаёт.

Я смеюсь, значит вы Его не просили.

– Нет, уж, – отвечает. – Всё своим горбом нам достаётся. Только на себя надеемся.

Английский язык, не склонный к поучениям, тоже говорит: “Кто хочет преуспевать, должен просыпаться в пять.”

     He that will thrive must rise at five.

А русская поговорка “Кто рано встаёт…” выразительнее и живее. Не говорится, кто и что должен делать. А сразу – действия и последствия.

Коротко и ясно.

У нас ещё любят говорить:
      “На бога надейся, а сам не плошай” .

Я попробовала было поспорить с одной своей бывшей одноклассницей, когда она эту поговорку произнесла явно назидательным тоном.

Но потом пожалела об этом, вспомнив слова Апостола Павла: “От глупых и невежественных состязаний уклоняйся, зная, что они рождают ссоры.” (2-е послание Тимофею 2:23)

Спорить, значит, настаивать на своём и не слышать другого. Человеку свои убеждения дороже всего. И истина в споре не рождается.

Переубеждать – слово с тем же корнем, что и слово беда. А чтобы человек это понял, нужно с ним пуд соли съесть. И под солью разумеется вовсе не та соль, которой мы картошку солим.

И хотя образ верный, есть опасность и пересолить.

Чтобы пуд соли съесть, нужно долгий путь идти с Заслуженным Собеседником в компании с невидимым Третим.

И этот Третий, незримо присутствующий, не позволяет собеседникам сойти с пути, как не позволил Он Савлу, будущему Апостолу Павлу, стать впереди Себя.

“Трудно тебе идти против рожна?” (Деяния Апостолов 9:5)

    Спаситель вынудил его сквозь крышу прорасти.
    Не дал ему обратно в мир уйти.
    А Савл был человеком честным,
    И стал Учеником известным.

Только в одном сонете Шекспир произносит слово Бог. В первой строчке пятьдесят восьмого сонета:

     “That God forbid, that made me first your slave.”

     (Бог запретил мне быть первым твоим слугой.)

Бог запретил певцу любви, слугой кому-то стать прежде Него.

Я, – Он сказал, – есть Альфа и Омега, начало и конец; дам даром от источника воды живой.” (Откровение Иоанна 21:6)

Но критикам – слугой?

Мир надвое расколот: pro и contra, растения и звери, и даже насекомые, не говоря о человеке, – всюду хищники и жертвы.

Но только у людей есть третья группа – тех, кто был спасён от лжи не после похорон, чем нанесли лжецам невиданный урон.

Тот, кто спасён, тот с миром в игры не играет, свои таланты он не зарывает.

Кому вопросы задавать, конечно, знает, и сразу в третью группу попадает.

А услыхав “беги”, всё оставляет, растёт, сквозь крышу прорастает, и дар всеведения за это получает, как наш Великий Бард.

Так кто ж его обманет!
Он неуязвим, Спаситель навсегда остался с ним.

А я прощаюсь с вами, и жива, и невредима, до новой встречи.

P.S.

     Кто наверху у нас изображён?
     Ужели ослик, на котором ехал Он?
     Даже два ослика – весёлая затея!
     Специалисты думают, немея.


 

И гений, парадоксов друг

  Автор:
  42

     О сколько нам открытий чудных
     Готовят просвещенья дух
     И опыт, сын ошибок трудных,
     И гений, парадоксов друг,
     И случай, бог изобретатель…
                                       А.С. Пушкин

    

Пушкин был гением, а для гения – “друга парадоксов”, и парадоксы должны быть гениальными, а не просто логическими противоречиями, которые сразу могут быть и не обнаружены.

Не был бы Пушкин гением, если бы он не оставил нам примера такого гениального парадокса.

Восьмая глава романа в стихах “Евгений Онегин”.

Эпиграф из Байрона.

     Fare thee well, and if for ever
     Still for ever fare thee well.

     Прощай, и если навсегда,
     То навсегда прощай.

Евгений пишет письмо Татьяне, которая уже замужняя дама:

В нём он полностью отдаёт себя на милость победителя. Но, возможно, это не предсмертные муки, а открытие себя к жизни.





“…Внимать вам долго, понимать
Душой все ваше совершенство,
Пред вами в муках замирать,
Бледнеть и гаснуть… вот блаженство!

Это замечательно правильный парадокс – в муках испытывать блаженство.

Есть парадоксы-тупики, а гениальные парадоксы открывают путь к жизни.

Но это не простые муки. Это те же самые, в которые нас посвящает Шекспир.
Это – муки к жизни. И оба гения и Пушкин, и Шекспир это знают:
Жизнь динамична, она не терпит застоя.

Но, в отличие от Онегина, Шекспир никому себя не вручает. Он и есть, то самое fairest creature, которое способно расти и расширяться, как цветок растущий сквозь асфальт (читайте первый сонет).

Все повторяют: “Движение – это жизнь”.
Но это движение к свету.

    
    

Вот растение выросло на пне.
Неужели они умнее человека?

Как говорил Козьма Прутков, “как много таинственного в природе”.

А логический парадокс – это изобретение лукавого, уверенного, что всех обвёл вокруг пальца: С одной стороны, с другой стороны… как часто мы это слышим. Бег на месте.

Говорят, что мир парадоксален, и становится по мере прогрессирования болезни всё более парадоксальным. И диагноз этой болезни поставил ещё Шекспир:

Называется она словом: Words, Words, Words! (слова, слова, слова). Даже в повторе этого слова мы слышим, как бьётся мысль человека.

Гений – это другое дело. Гений слов не говорит. И тайны не открывает. И Шекспир эту тайну знал, но молчал, потому что тайна не терпит испытания.

Гения поймёт только тот, кто сам эту тайну знает.

Вот и Онегин, похоже, прикоснулся к этой тайне, иначе, зачем было Пушкину посвящать ему целую книгу.

И Гамлет эту тайну знал.

Интересно, что люди понимают больше и читают лучше, чем “специалисты”.

А Шекспир сумел молчание вплотить в Слово, а не в слова. За это его и назвали Великим Бардом.

The rest is silence.
А мы читаем новый сонет>>>.