По сути, тот, кто говорит о молчании, и должен молчать. Это наша русская поговорка.
Но молчать - это не значит в рот воды набрать. Сумел же Шекспир, написав очень много трагедий и комедий, хранить молчание и остаться тайной для мира внешнего.
И тайну эту не схватишь за хвост. То, что было правдой вчера, станет ложью сегодня. А то, что стало правдой сегодня, будет ложью завтра. И они постоянно меняются местами, становясь то с ног на голову, то с головы на ноги.
Представляете, как радуется поганый змей, что ему удалось поставить мир в тупик.
Если ты сегодня говоришь то же, что и вчера, и завтра то же самое будешь говорить, ты уже умер.
От этой смерти нужно спасаться, чтобы очнуться прежде собственных похорон.
У каждого своя правда. Своя маленькая, эгоистичная, себялюбивая правда.
Но есть Большая, Главная, однако больной её знать не хочет. Дайте мне то, что я хочу. Я не хочу страдать.
Обо всём в мире давно сказано и давно известно, но больному от этого не легче. Дайте таблетки от боли.
Ему дают от желудка, от головы, от печени, от почек, от сердца, и от чего угодно, что попросит, то и дадут. А у него болит душа.
Это самая невыносимая боль из всех. Однако, если болит, значит, живой. Он всё ещё человек.
Сколько людей лишают себя жизни добровольно только потому, что не могут справиться с душевной болью. Душевные болезни тоже лечат таблетками, но чаще всего пациент лечит себя сам, все знают чем.
Медицина бессильна! Давно сказано "исцеляющий да исцелися сам".
Люди гибнут в огромных количествах. Не советовать же им читать Шекспира в подлиннике.
Поэты изливают свои страдания в стихах, и пока они изливают, боль утихает.
Иосиф Бродский назвал Роберта Фроста устрашающим поэтом, который пишет, как ужасна жизнь и как он страдает, при том, что он был богат и заласкан властями.
На двух стульях не усидишь. Как тут не будет страдать душа поэта.
Его защита только лишь слова.
Опять слова, слова, слова.
А Шекспир, потрясающий копьём, бьёт Словом прямо в цель. И если у человека есть уши, он слышит и исцеляется.
Мир становится слишком шумным, но никто не мешает человеку не включать телевизор, не видеть окончательно свихнувшийся мир.
Обеспечить себе уединение в паре с Великим Бардом, и наслаждаться его обществом. Мир устроен правильно.
"Кто никуда не плывёт, тому и нет попутного ветра".
А наше всё Пушкин спрашивает "Куда ж нам плыть?"
Что было, то и будет. По-прежнему будут люди ходить вокруг парадоксов с одной стороны - с другой стороны, будучи не в силах сдвинуться с места.
Однако были и есть спасённые и исцелённые, ни вправо не уйдут, ни влево, идут по острию, прокладывая нам спасенья колею.
И это хорошо!
Оставайтесь с нами. А мы продолжаем читать Шекспира. В компании с нами веселей, не так ли?
Во вторник будем читать сонет 63.
До встречи!
P.S.
Верь - многие спаслись, но все молчат,
Молчанье - золото, так люди говорят.
