Архив рубрики: Сонеты Шекспира

Бережёного Бог бережёт

  Автор:
  143

    

На английский язык нашу русскую поговорку "Бережёного Бог бережёт" перевели так:
     God helps those who help themselves.
     Бог помогает тем, кто сам себе помогает.

Не напоминает ли это нам знаменитого Барона Мюнхаузена, который сам себя из болота за волосы вытащил?

Был бы барон дальновидней, не угодил бы в болото.

Не берегущегося, сказано, а бережёного (кем или чем). Это – так называемый средний залог (есть активный, есть пассивный, а есть средний, нечто посреди активного кого-то и пассивного неизвестного).

У кого будем учиться знанию тонкости слов? Сказано, у премудрости.

Но не как вытаскивать себя за волосы из болота, а как туда не попасть.
     "Коготок увязнет, всей птичке пропасть".

    

Это как суровому Шекспиру писать любовные стишки на старости лет.

А уж как переводчики, да толкователи изощряются, да всё мимо.

Вчера услышала вопль души. Один из читателей пишет: неужели никогда не найдётся честный человек, который правильно переведёт сонеты Шекспира. И снова ошибка. Эти сонеты нельзя перевести, их нужно прочесть и прожить. Вернее, наоборот, прожить и прочесть.

Перевод – это даже не копия с картины, это грубая подделка. Но, чем бы ни тешились переводчики, лишь бы не вводили читателей в заблуждение.
 
Мы уже говорили, что это неизбежное зло (necessary evil), а мы в делах зла не участвуем. Мы читаем подлинник.

Но, прежде чем перейти к 37-му сонету, мы вернёмся к сонету 15. И я хочу обратить ваше внимание на последние слова последней строчки, которые называют ключом сонета.

     And all in war with Time for love of you,
     As he takes from you, I engraft you new.

          engraft – делать прививку

SONNET 15

When I consider every thing that grows
Holds in perfection but a little moment,
That this huge stage presenteth nought but shows
Whereon the stars in secret influence comment;

When I perceive that men as plants increase,
Cheered and cheque'd even by the self-same sky,
Vaunt in their youthful sap, at height decrease,
And wear their brave state out of memory;

Then the conceit of this inconstant stay
Sets you most rich in youth before my sight,
Where wasteful Time debateth with Decay,
To change your day of youth to sullied night;

     And all in war with Time for love of you,
     As he takes from you, I engraft you new.

engraft – делать прививку (process of combining branches from one plant with the body of another plant)

В 37-ом сонете снова появляется слово engraft (I make my love engrafted to this store).

Что бы человек ни писал, о чём бы ни говорил, он говорит о себе. И, если он уверен, что человек – это чудовище, ошибка природы, он таковым пребывает и сам. У него был шанс исправить эту ошибку, но он им не воспользовался.

Писательство – это способ саморазоблачения, ведает об этом писатель или не ведает.

Обратите внимание на то, что слово Time у Шекспира написано с заглавной буквы (wasteful Time – расточительное время).

И слово Decay (затухание, разложение) тоже написано с заглавной буквы. Это два противника, сражающиеся друг с другом:

Расточительное Время и Затухание (замедление). Два живых образа, ускорение времени и замедление, затухание до полной его остановки.

"И времени больше не будет" (откровение Иоанна Богослова, гл. 10:5-6)

     Where wasteful Time debateth with Decay,
     To change your day of youth to sullied night;
     And all in war with Time for love of you,
     As he takes from you, I engraft you new.

А это перевод:

А время на тебя идет войною и день твой ясный гонит в темноту.
Но пусть мой стих, как острый нож садовый,
Твой век возобновит прививкой новой. (Вл. Топоров) (XII, XVIII)

Это то, что Шекспир устами Гамлета назвал: Words, words, words.

Это – слова, слова, слова… , беллетристика.

Случайно ли он сослался на 12 и 18 сонет, где развивается растительная тема, и умолчал о сонете 37, где ещё раз употребляется слово engraft, и прямо сказано, что любовью он прививается к хранилищу королевских сокровищ (сейчас увидите).

     Entitled in thy parts, do crowned sit,
     I make my love engrafted to this store:

Слово engraft здесь не случайно. Оно точно выражает смысл сказанного.

Шекспир очень хорошо знал тайну брачного чертога. Эту тайну хорошо знал любой, кто остался в чертоге, но не тот, кто был выброшен оттуда во тьму внешнюю по причине его незаконного там пребывания.

                                              SONNET 37

                                

есмь истинная виноградная Лоза, а Отец Мой — Виноградарь; всякую у Меня ветвь, не приносящую плода, Он отсекает; и всякую, приносящую плод, очищает, чтобы более принесла плода". (Евангелие от Иоанна гл.15)

Слушайте:

     As a decrepit father takes delight
     To see his active child do deeds of youth,
     So I, made lame by Fortune's dearest spite,
     Take all my comfort of thy worth and truth;

     For whether beauty, birth, or wealth, or wit,
     Or any of these all, or all, or more,
     Entitled in thy parts, do crowned sit,
     I make my love engrafted to this store:

     So then I am not lame, poor, nor despised,
     Whilst that this shadow doth such substance give
     That I in thy abundance am sufficed,
     And by a part of all thy glory live.

          Look what is best, that best I wish in thee:
          This wish I have; then ten times happy me!

P. S.

Как вы думаете, за что Лев Толстой ненавидел Шекспира и не скрывал этого?

Ненавидел и всё, сам не зная за что. Ни одного достоинства в нём не видел.

Верно сказано, что чужая душа – потёмки. Но, если мы понимаем, зачем поехал Яснополянский граф в Оптину пустынь к старцам, причём поехал дважды, чтобы указать им на их ошибки, то мы поймём и, за что он был оттуда изгнан, как тот раб из брачного чертога.

Много было званных на брачный пир, но мало осталось избранных (Еванг. от Матфея гл.20). Только те, кто привились к Жениху любовью взаимной, прививкой вечной, остаются в брачном чертоге. Это не та любовь, которую можно оставить. Это новое тело даётся человеку и новая жизнь. Это не толстовское юродство, а великий подвиг веры.

Многих смущал Толстой своей деспотической волей. И так же смущают читателей переводчики сонетов Шекспира. Они, конечно, не ведают, что творят, и неведение не вменяется им в вину.

   Есть, Слава Богу, люди и глаза имеющие, и уши.

Толстому некогда было слушать, он слишком любил говорить сам.

Чтобы с Богом соединиться, нужно отречься от себя, и получить себя новеньким. Это могут женщины и дети.
 
А я прощаюсь с вами до новых встреч!


 

Стилистика восприятия

  Автор:
  299

Однажды один из лучших французских поэтов Альфред де Мюссе написал:

"Всякий замечательный стих истинного поэта содержит в два-три раза больше того, чем сказал сам поэт. На долю читателя остается дополнить недостающее по мере своих сил, мнений, вкусов".

В литературоведении даже возник новый термин – стилистика восприятия.

Читательское восприятие всецело зависит от того, что он способен вычитать из сотворённого поэтом.

Одно дело читать невидящими глазами, и совсем другое – глазами прозревшими.

Я хочу предложить вам, дорогие читатели, взглянуть ещё раз внимательно на текст первого сонета Шекспира, исключив из своего сознания, что Великий Бард мог в принципе написать нечто банальное.

Однако многие могут воспринять образ розы в самом начале сонета именно, как банальность.

Но если мы проследим за мыслью автора от начала до конца, от первых слов до последних
    fairest creatures
    и … the grave and thee,
то увидим и процесс гибели красоты.

Прочтём ещё раз внимательно весь сонет.

       From fairest creatures we desire increase,
       That thereby beauty's rose might never die,
       But as the riper should by time decease,
       His tender heir might bear his memory:

       But thou, contracted to thine own bright eyes,
Feed'st thy light's flame with self-substantial fuel,
       Making a famine where abundance lies,
       Thyself thy foe, to thy sweet self too cruel.

       Thou that art now the world's fresh ornament
       And only herald to the gaudy spring,
       Within thine own bud buriest thy content
       And, tender churl, makest waste in niggarding.

             Pity the world, or else this glutton be,
             To eat the world's due, by the grave and thee.

Вообще великое искусство исследует тему жизни и смерти каждое своими средствами. А нам остаётся учиться видеть и слышать.

Спустя два века после Шекспира Уильям Блейк обращается к той же теме – гибели красоты в образе розы.

       The Sick Rose
       BY WILLIAM BLAKE

       O Rose thou art sick.
       The invisible worm,
       That flies in the night
       In the howling storm:

       Has found out thy bed
       Of crimson joy:
       And his dark secret love
       Does thy life destroy.

                  *   *   *

       O Rose thou art sick.
      
The invisible worm,
       That flies in the night
       In the howling storm
:

       Has found out thy bed
       Of crimson joy:
       And
his dark secret love
      
Does thy life destroy.

                 howling ['haulɪŋ] – воющий

Прочтите вслух.

По поводу этих строк или событий у читателя может возникнуть масса вопросов. Чего стоят только слова invisible worm или crimson joy.

И здесь тоже главную роль играет собственный жизненный опыт читателя, если он смог справиться с недугом и не умереть.

А уже в двадцатом веке к той же вечной теме обращается современное нам искусство:

Искусство позволяет нам пережить то, что в жизни не довелось, потому старая латинская поговорка гласит:

      "Ars longa, vita brevis",

где ars longa – это не "искусство вечно", как это обычно переводят, а искусство длится, удлиняя нашу кратковременную жизнь, делая её причастной вечности.

И это выражение принадлежит Гиппократу, великому врачевателю, который знал гораздо больше, чем мы могли бы предположить.

На этом я прощаюсь с вами до вторника.
 

Напоминаю, что знакомство со всеми
сонетами Шекспира будет доступно всем,
кто выразит свое желание:

в завершение 2016 года – года Шекспира –
мы хотим сделать такой подарок
всем нашим внимательным читателям.

Уже сегодня вы сможете услышать и прочесть Sonnet 1 в свободном доступе.
Для этого просто заполните форму
на странице по этой ссылке:
http://at-english.com/sonnets-key/
и мы сможем сообщить вам о публикации
и следующих сонетов!

А я прощаюсь с вами до новой встречи.



И тем, кто недавно присоединился к нашей Увлекательной Школе Английского
и тем, кто только начинает осваивать английский язык,
напоминаю о повторении Праздничной Aкции!
Разговорный Английский
со скидкой от 70 до 80%!

    Подробности aкции здесь:
   http://at-english.ru/talk/act2016.htm

Выбирайте пoдapки себе и
своим близким и любимым
И в Новом году
начинайте уже говорить по-английски!


 

Первый сонет Шекспира

  Автор:
  316

С чем ассоциируется слово "стихи"?

Всем известна коронная фраза знаменитого философа Людвига Витгенштейна: "О чём невозможно говорить, о том следует молчать".

Но "то, что невозможно человеку, возможно Богу".

"Не для вас Я сделаю это, а ради святого имени Моего…
 Я дам вам сердце новое, и дух новый дам вам; и возьму из плоти вашей сердце каменное, и дам вам сердце плотяное".
Книга пророка Иезекииля гл.36:22-26

Однако всё, о чём, по мнению Витгенштейна, невозможно говорить, сказал Шекспир. Чего не могут философы, то могут поэты.

Мы продолжаем читать сонет № 1 в подлиннике.

Вспомним первую строфу:

   From fairest creatures we desire increase,
   That thereby
beauty's rose might never die,
   But as
the riper should by time decease,
    His tender heirmight bear his memory:

Если бы нужно было выделить здесь ключевое слово, я бы выделила слово the riper – зрелость.

Вторая строфа:

    But thou, contracted to thine own bright eyes,
    Feed'st thy light's flame with self-substantial fuel,
   Making a famine where
abundance lies
   Thyself thy foe, to thy sweet self too cruel.

                                                    * *    * *    * *

Когда Шекспир говорит здесь thou – ты, он обращается к человеку, достигшему зрелости (в следующем сонете говорится, что это сорок лет.) В современной психологии этот возраст называют кризисом среднего возраста.

Но сузив своё зрение до вещей очевидных для поверхностного взгляда, он питается этими вещами, и потому испытывает голод среди изобилия. Враг сам себе, любимому, слишком жестокий.

Ключевое слово: a famine – голод.

Строфа третья:

    Thou that art now the world's fresh ornament
    And only herald to the gaudy spring,
   Within thine own bud
buriest thy content
   And, tender churl,
makest waste in niggarding.

Здесь есть сложный оксюморон tender churl – мягко впивающаяся низость, человек-пиявка, жаждущий чужого.

makest waste in niggarding – опустошающий скупостью (не отдающий, а забирающий)

Испытывая голод этот tender churl пытается найти пищу в миру. Конечно же, находит, и выдаёт это за своё.

Вспомним притчу о нарядной смоковнице, на которой вовек не будет плода. (Евангелие от Луки гл. 13: 6–9)

                                                    * *    * *    * *

Последние две строчки – кульминация

    Pity the world, or else this glutton be,
    To eat the world's due, by the grave and thee.

Главное слово glutton – ненасытный, страстно увлечённый пожиранием того, что принадлежит другим.

by the grave and thee – ведущее к могиле и тебя

Слушать сонет>>>

THE END

* *    * *    * *
Дорогие наши читатели,
Второй сонет получат во вторник, двадцатого декабря,
все, кто выразил желание
пройти с нами этот путь.

Напоминаю, что в завершение года Шекспира
мы хотим сделать подарок
всем нашим внимательным читателям:

Заполните форму на странице по этой ссылке:
       http://at-english.com/sonnets-key/
и мы сможем сообщить вам о публикации
 следующих озвученных сонетов!

Читайте Шекспира.
Если дух человека устремлён вверх,
там он и пребывает.
Оставайтесь с нами.


И для тех, кто недавно присоединился к нашей Увлекательной Школе Английского
и тех, кто только начинает осваивать английский язык,
мы повторяем Праздничную Aкцию!
Разговорный Английский
со скидкой от 70 до 80%!

    Подробности aкции здесь:
   http://at-english.ru/talk/act2016.htm

Выбирайте пoдapки себе и
своим близким и любимым
И в Новом году
начинайте уже говорить по-английски!