Как это тяжко, всё-таки, считать, что логика всесильна.
Ум человека-логика не гибок, а прямолинеен. Казалось бы, что ж в этом плохого? Вперёд и с песней.
Вся цивилизация на этом стоит.
Сколько людей до сих пор ломают головы над апорией Зенона про Ахилла и черепаху.
Апория по-гречески - это безысходность, безвыходное положение.
Говорят, Зенон был философом и математиком.
Но разве может кто-то знать, кем он был на самом деле.
И философия, и математика - науки от ума.
У меня есть один приятель. Он, как только слышит слово математик, говорит: "У математиков нет сердца".
Математика - наука прикладная. Как получилось, что она выделилась в отдельную науку и появились факультеты математики, непонятно.
Неужели так много людей без сердца!
О Норберте Винере, "отце" современной кибернетики и авторе знаменитой книги "Я - математик", ещё при жизни ходили анекдоты, что он даже не знал, как выглядят его дети.
Но причём тут дети, когда речь идёт о служении цивилизации!
Однако Зенон со своей черепахой цивилизации не служил. Столько веков прошло, а математики всё ломают головы. Всё надеются эти задачи решить.
Мечтать не вредно!
Много воды с тех пор утекло, а задачи остались. И никто их не забыл.
Вот и Шекспир пишет про свою, совсем непонятную черепаху, которая в голубку превратилась, а ведь Великий Бард сказок не писал.
Критики и "специалисты" разные, too clever by half, обходят молчанием эту черепаху.
А математики всё высчитывают, сколько ещё миллиметров надо пробежать Ахиллу, чтобы всё-таки догнать эту загадочную черепаху.
Раньше мне было очень грустно от человеческой глупости, а теперь весело.
Ответы на все загадки известны уже давно.
Но, по-прежнему, упёртые математики знать их не хотят. У них своя правда.
А правда в том, что черепаха двигалась по вертикали, а Ахилл по горизонтали.
Были точки, где они пересеклись однажды и больше не расставались.
Точка nought - это и есть тайна страны чудес.
Кстати, Льюис Кэрролл тоже был математиком.
Но тесно ему там было, и он бежал туда же, куда бежал и Шекспир.
Бедные критики!
У Шекспира в сонете 15 мы читаем:
When I consider every thing that grows
Holds in perfection but a little moment,
That this huge stage presenteth nought but shows
Whereon the stars in secret influence comment
(отзывается);
W. Shakespeares (Sonnet 15)
Ахилл и черепаха, встретившись в точке nought, уже и не расставались. Задача решена, математики отдыхают.
А голубка в небе!
На этом я прощаюсь с вами, дорогие наши читатели.
P.S.
2 июля во вторник мы будем читать сонет 76.
Я предлагаю вам прочесть его сейчас. До вторника он отстоится, и читать его самостоятельно вслух станет ещё интересней.
Читать вам придётся внимательно и сосредоточенно. Подсказок не будет. Мы не троечники какие-нибудь, чтобы ждать подсказок.
Я, помню, ещё в школе убить готова была того, кто мне пытался подсказывать.
И вот, всё умею сама.
Скажу вам по секрету, что этот сонет - мой самый любимый.
Пока! До вторника!
SONNET 76
Why is my verse so barren of new pride,
So far from variation or quick change?
Why with the time do I not glance aside
To new-found methods and to compounds strange?
Why write I still all one, ever the same,
And keep invention in a noted weed,
That every word doth almost tell my name,
Showing their birth and where they did proceed?
O know, sweet love, I always write of you,
And you and love are still my argument:
So all my best is dressing old words new,
Spending again what is already spent:
For as the sun is daily new and old,
So is my love still telling what is told.
